Замена феномена «прецедентных текстов» феноменом «мем» в современной интернет-публицистике. Еремин В.Л.

В современном обществе и медиапространстве в частности, всё чаще имеет место быть такое явление как «мем». Попробуем дать определение данному явлению.

Мем — (англ. meme) — единица культурной информации. Мемом может считаться любая идея, символ, манера или образ действия, осознанно или неосознанно передаваемые от человека к человеку посредством речи, письма, видео, ритуалов, жестов и т. д. Концепция мема и сам термин были предложены эволюционным биологом Ричардом Докинзом в 1976 году в книге «Эгоистичный ген». Докинз предложил идею о том, что вся культурная информация состоит из базовых единиц — мемов, точно так же как биологическая информация состоит из генов; и так же как гены, мемы подвержены естественному отбору, мутации и искусственной селекции. На основе этой идеи Докинза возникла дисциплина меметика, в настоящее время считающаяся псевдонаукой.

Естественно в настоящее время определение мема уже вышло за рамки предложенные Ч. Докинзом, и в тоже время более конкретизировалось. Сейчас мемом считается символическая единица информации проявившаяся в культурном пространстве социума (как правило сети Интернет), и на некий промежуток времени актуальная вне смыслового значения тех поводов по которым применяется. Т.е. мем в период своей гиперпопулярности становиться неким «мерилом всех вещей». В нашем исследовании речь пойдет в основном о речевых мемах и их компиляций с визуальными.

Мем не обязательно должен иметь строгую и законченную форму, напротив — недублирующие отсылки к нему всячески приветствуются, как и компиляции мемов. Пример: Употребление мема из Game of Throne «Зима близко», в контексте стереотипа об углеводородной зависимости Европы от России и лично Путина. Такое воплощение мема обычно возможно в формате не просто словесного выражения, но и графического изображения. Также, данный мем использовался и с президентом Белоруссии Лукашенко и мешком картошки, что само по себе является мемом.

Следовательно мем может употребляться не только в виде некого слова или выражения или законченного текста, но и виде композиции из слов и визуальных образов.

Появление мема.

Как-же все-таки образ, будь то словесный или визуальный, становится мемом? Вариантов очень много. Это может быть низведение прецедентного текста до самого яркого его момента (Пилите Шура, пилите!). Это может быть словесное обозначение некого события, название опыта или явления (Кот Шредингера, Челябинский метеорит), это может быть условная отсылка к некому прецедентному тексту («корованы» из небезызвестного «письма в Мистлэнд») и многие другие способы.

Отличие мема от прецедентного текста.

Можно ли рассматривать феномен мема как частное явление прецедентных текстов или же напротив — прецедентные тексты можно включить в группу мемов? Данный вопрос является довольно риторическим и спорным. С одной стороны они обладают схожими функциями:

  • ирония;
  • аллегоричное восприятие контекста;
  • художественная отсылка;
  • аналогия;
    и признаками:
  • запоминаемость;
  • цитируемость;
  • актуальность к контексту;

С другой стороны, мемы по содержанию дают большую свободу в употреблении и одновременно не имеют строгого значения вне контеста. Значение мема всецело зависит от контекста и в ряде случаев может иметь противоположный смысл. Пример:

мем «Укроп» в контексте его употребления людьми сочувствующими, непризнаным ДНР и ЛНР, а также их представителям.
И тот же мем употребляемый прокиевски настроенным контингетом.

В этом же ряду можно выявить и многие другие аналогичные примеры мемов, имеющие непосредственное отношение к данному противостоянию, которое включает и информационное противостояние. Можно сделать предположение что свойство данного феномена сознательно используется представителями СМИ, для «паразитного» продвижения некой информации — когда требуемый смысл внедряется в массовое сознания изпользуя уже готовые образы. Данная манипулятивная технология не нова, но в нынешних объемах и имея столь строгую методику используется только в нынешнем тысячелетии. На мой взгляд, это связано с экспоненциальным ростом уровня информатизации общества. Это явление нуждается в более глубоком анализе и полноценной научной работе. Вот некоторые примеры таких мемов:

  • укроп;
  • циничный бандера;
  • ватник;
  • снегири и синицы;
  • крымнаш;
  • вежливые люди;

Прецедентный же текст, изначально несет более строгий смысл и попытки двоякой его интерпретации являются заведомо провальными. Даже те прецедентные тексты которым по несколько тысяч лет, для абсолютного большинства их носителей, имеют вполне понятный и законченный смысл, даже вне контекста.

Замена прецедентного текста мемом в современной культуре речи.

В последнее время (90е-н.в.), медиаресурсы всех уровней, «мастей» и принадлежности все чаще используют мемы в своем контенте. Это объективный факт и доказательством этому может служить анализ этого самого контента:

  • Газета.ру: Откуда взялись «крымнаш» и другие мемы. Как «крымнаш» отражает русскую ментальность? http://www.gazeta.ru/science/2015/06/07_a_6746362.shtml
  • URA.ru «Русского здесь не тронут, но за „крымнаш“ ты получишь по морде» http://ura.ru/articles/1036265390
  • ZoomCNews.Десять лучших игр, в которых можно грабить караваны. http://zoom.cnews.ru/games/publication/item/desyat_luchshih_igrv_kotoryh_mozhno_grabit

И это только публицистика не из социальных сетей, контент которых состоит из мемов «чуть более чем наполовину» (тоже мем).
Также и прецедентный текст продолжает иметь место в современной публицистике, даже в виде развернутых аналогий, но уже в гораздо меньших объемах и все чаще только из уст людей которых можно отнести к «старой школе». Недавняя статья c комментарием Н. Азарова (бывшего примьер-министра Украины) в Russia Today: Николай Азаров: Сегодня украинский народ выступает в роли Шуры Балаганова, пилящего «золотые» гири, оригинал новости RT на русском: https://russian.rt.com/article/140634 . В самом высказывание Азарова мы видим прямой пересказ сюжета небезызвестного произведения Ильфа и Петрова и развернутую аналогию к нынешней ситуации. Но такие примеры встречаются все реже.

Причины данного явления много раз пытались озвучить различные исследователи, опираясь в основном на исследования феноменов коллективного поведения. Хотелось бы выдели работу Т. Савитской: «Интернет-мемы как феномен массовой культуры», в которой она проводит довольно полный анализ мема как феномена. Но, большинство исследователей упускают такой немаловажный фактор как влияние автоматизации индексации контента.

Как работает данный механизм? Многим известно что позиционирование результатов в выдаче поисковых систем напрямую зависит от релевантности их к поисковому запросу, но воплотить полноценный анализ контента и его сопоставление с реальными требованиями человека который осуществляет поиск, алгоритмы пока не способны. (Даже маркетинговая компания Google функции «OK, Google», претендующая на позиционирование данной поисковой системы как наиболее интеллектуальной, сама по себе стала мемом). Производителю контента (копирайтеру, но сейчас по отношению к большей части текста можно применить понятие «продукт» или даже «товар»), для его успешного продвижения и ассоциацией с уже популярным контентом (мемом), приходиться активно внедрять оный в свой текст. Люди знают мемы, люди используют мемы в своей речи и поисковых запросах, люди запоминают информацию благодаря мемам (т.е. срабатывает механизм запоминания когда развернутая информация привязывается к яркому образу), следовательно, для копирайтера использование мемов выгодно. Получается некая рекурсия: мемы популярны т.к. их активно используют, их активно используют т.к. они популярны. Примерно такой же механизм срабатывает и в еще более новом явлении в современно медиапространстве — инфоповоде.

Немалую роль в популяризации мемов и замене оными прецедентных текстов играет фактор «плотности информации». В век всеобщей информатизации, когда объёмы информации проходящей через человека возросли кратно, по сравнению с серединой прошлого века, и продолжают расти экспоненциально, прецедентный текст уже не справляется со своей функцией «смыслового маркера» — речевого образа, который врезается в память общества и несет заданный смысл. Мем же, ввиду своей смысловой простоты, а в ряде случаев и вообще отсутствию смысла вообще, а также ввиду простоты своей структуры (иногда мемов может быть одиночное слово или иной образ) и многогранностью восприятия, усваивается обществом гораздо проще. Появление прецедентного текста — процесс творческий и, как правило, осознанный, мемы же зачастую возникают спонтанно. Частота появления мемов прямо пропорциональна скорости обмена информацией. Это легко выявить если проанализировать ресурсы посвященные мемам как феномену: Lurkmore (нынче замороженный), видеоблог Агнии Огонек (популярного русского видеоблогера, чья основная тематика — мемы), и многие другие. Их популярность, цитируемость и посещаемость заметно выросла с момента появления. В социальных сетях новые мемы появляются каждый день. Некоторые из них остаются актуальными в течении небольшого промежутка времени, иные же живут достаточно долго.

Мемы из сети Интернет попадают не только в публицистику, но и в художественную литературу. Тут стоить выделить таких современных русскоязычных писателей как Виктор Пелевин. Частный пример: он использовал неологизм «Пиндостан» в названии своей повести «Прощальные Песни Политических Пигмеев Пиндостана». И активно прибегает к использованию мемов в своих произведениях. Ему также можно приписать и создание некоторых прецедентных текстов, которые в какой-то мере обладают признаками мема. Пример из «Generation P»: Вау-импульс. Сам отрывок из произведения можно считать прецедентным текстом, но как мем можно выделить только выражение «вау-импульс», которое в настоящее время существует самостоятельно. Также упоминания заслуживает Сергей Лукьяненко, который в своем романе «Спектр» пародирует манеру общения «кащенитов» (Кащенизм — стиль общения на форумах или в эхоконференциях, характеризующийся провокационными, главным образом просемитскими, антисемитскими, националистическими, агрессивно-мещанскими или психиатрическими высказываниями и ситуационной насмешкой над собеседником). В данном случае мемом является сам стиль общения «кащенитов» (торагой, поцчему и др.), случай не уникальный, но и не типичный.

Отношение к мемам (в том определении которые мы рассматриваем) и их использованию в повседневной жизни, в обществе, неоднозначное. Многие деятели культуры считают что они засоряют язык и низводят «искусство слова» до примитива. Так С. Михалков, в своей передаче «Бесагон» напрямую критикует позицию пренебрежения к серьезным текстам и выражение этой позиции через мем «многа букофф». Однако все чаще встречается и противоположное отношение к мемам среди известных людей. Стоит упомянуть о недавнем поздравлении Д. Медведевым В. Мутко «в стиле» созданного тем мема:

damedvedev: «С Днём рождения, Виталий Леонтьевич! Э нью эра фо зе волд бигэн!»

Данный факт содержит прямую отсылку на мем рожденный выступлением Мутко на голосовании о стране-хозяйке ЧМ-2018.
Из всего сказанного можно сделать следующий вывод:

Мемы прочно входят в нашу ментальность, вытесняя иные речевые феномены, в т.ч. прецедентные тексты. Является ли данный факт позитивным или негативным — вопрос дискуссионный. С одной стороны язык теряет некую сакральность своей эстетики, в случаях использования «примитивных» мемов, с другой приобретает её при гармоничном использовании мемов. Некий негативный фактор влияния в том, что мемы утрируют предметность обсуждения и размывают смыслы, но это момент субъективный и зависящий от конкретной ситуации.

 

Еремин В.Л.

Оставить комментарий