Философия классического марксизма и русский социализм. Меликов И. М.

Аннотация:

Статья посвящена осмыслению основополагающих философских идей марксизма и особенностям общественно-политического бытия социализма в России. С точки зрения автора, марксизм зиждется на идеях атеизма, материализма, рационализма, социоцентризма и хилиазма. Рассматривая социалистический строй в России, он обосновывает идею о том, что основания советского строя находились не только и не столько в марксистских принципах, а сколько в религиозно-духовной сфере. В марксизме советский народ, с точки зрения автора, увидел учение о граде Китеже, в котором отразилась мечта русского народа об одухотворенном справедливом обществе. Хотя формально идеологией советского строя был марксизм, советские люди реально руководствовались не идеями материализма, а романтизма, не рационализма, а возвышенной моралью, не коллективизма, а на самом деле соборности.

 

Марксизм – это уникальное явление в истории европейской культуры, поскольку его нельзя отнести полностью ни к философии, ни к экономической теории, ни к социологии, ни к политологии и так далее. Марксизм – это учение, выходящее за пределы каждой из отдельных наук. И как целостное учение марксизм имеет свои соответствующие аспекты: философские, экономические, социологические и др.

Однако эти аспекты неравноправно выражают общее содержание марксизма. Философские аспекты, как и всех остальных явлениях, имеют особый статус. Дело в том, что философские аспекты складываются из соответствующих идей, которые определяют основополагающие принципы марксизма. И те или иные стороны марксизма невозможно понять, если игнорировать эти философские идеи. Философию марксизма можно рассматривать вне социологии марксизма, но социологию марксизма нельзя понять вне марксистской философии.

Причем очень важно отметить, что все философские идеи марксизма только в единстве выступают основой марксизма как учения. Решение всех проблем в марксизме предполагает учет всех философских идей. Ведь каждая идея есть соответствующий принцип. И стоит абстрагироваться хотя бы от одной философской идеи, мы немедленно получим неадекватное представление обо всем марксизме.

Философия марксизма предполагает пять основополагающих идей, которые выступают одновременно как принципы всего марксистского учения.

Первой философской идеей марксизма является атеизм – идея отрицания Бога. Философия, по выражению Маркса, является «для бога вообще – областью, где его существование прекращается». «Бога нет» – это первое утверждение, с которого начинается марксизм. Нет мира сверхъестественного, нет никаких потусторонних сил, вмешивающихся в наш мир. Все в мире естественно и зависит от естественных причин. И если мы имеем в виду человеческий мир, то в нем соответственно все зависит от самого человека. С. Н. Булгаков утверждает, что Маркс заимствует одну из фундаментальных идей Л. Фейербаха «человек человеку Бог». Бога нет на небе, но есть на земле. Им в марксизме становится человек.

Второй философской идеей марксизма выступает материализм – идея абсолютизации материи. Существующий мир имеет материальную основу своего существования. И хотя Ф. Энгельс утверждает, что в мире нет ничего, кроме движущейся материи, марксизм не отрицает существования нематериальной реальности, к примеру, сознания. Однако нематериальное зависит и является производным от материального. В частности сознание рассматривается в марксизме как продукт высокоорганизованной материи – мозга.

Но отмеченное выше характеризует весь материализм в целом, в том числе и немарксистский. Марксистский же материализм имеет свою специфику. Она заключается в том, что в материальную сторону мира включаются не только материальные предметы и явления, но и так называемая «материально-преобразующая» деятельность человека, под которой подразумевается практика. Объективная, материальная действительность, природа есть обязательная предпосылка, необходимое условие всякой практики. Но столь же обязательной и необходимой предпосылкой практики является наличие субъекта, способного подчинять функционирование своих органов сознанию, контролировать свои физические и духовные силы.

Тем самым в марксизме в структуру материи включаются не только объективные явления, но и явления субъективные. Об этом абсолютно однозначно говорит сам Маркс в своих знаменитых «Тезисах о Фейербахе». «Главный недостаток всего предшествующего материализма … заключается в том, что предмет, действительность, чувственность берется только в форме объекта, или в форме созерцания, а не как человеческая чувственная деятельность, практика, не субъективно», – говорит Маркс. Предшествующий материализм рассматривал чувственное восприятие как страдательное состояние, вызываемое воздействием на человека внешних предметов. Маркс же указывает, что чувственное восприятие есть самодеятельность человека, что чувственная деятельность есть практика. Следовательно, в своей чувственной деятельности человек есть не только объект воздействия окружающей среды, но и преобразующий ее субъект. Старый материализм игнорировал познавательное значение человеческого воздействия на предметы внешнего мира, то есть деятельную, субъективную сторону процесса познания. А между тем основу познания составляет практика – сознательная и целесообразная деятельность людей, которая несводима к восприятиям, переживаниям, мышлению и тому подобное. Практика, какова бы ни была ее форма, есть применение материальных предметов, процессов, закономерностей с целью познания или изменения действительности, удовлетворения потребностей индивидов и общества, организации их деятельности. Человек познает мир, потому что изменяет его; чувственное восприятие внешнего мира является необходимым элементом практической деятельности.

Общественная практика – деятельная материальная основа познания, сущностное субъект-объектное отношение, в котором идеальное и материальное превращаются друг в друга. Теория и практика рассматриваются Марксом как относительные противоположности, которые наполняют друг друга: теория входит в практику так же, как и практика становится содержанием теории.

Практика, с точки зрения Маркса, имеет определяющее значение в решении вопроса о существовании внешнего мира, объективной реальности, независимой от сознания людей. Маркс заявляет, что лишь практика доказывает объективность, предметность нашего мышления, то есть наличие в наших понятиях и представлениях объективного содержания, предшествующего познанию и независимого от него. «В практике должен доказать человек истинность, то есть действительность и мощь, посюсторонность своего мышления. Спор о действительности или недействительности мышления, изолирующегося от практики, есть чисто схоластический вопрос». Человечество постигает присущую ему способность познавать мир не потому, что оно предварительно осуществило исследование своих познавательных способностей, а потому, что оно практически действует и благодаря этому познает, убеждаясь в познаваемости мира. Сама жизнь, практика задолго до философии решает вопрос об отношении мышления человека к бытию, внешней действительности, и это практическое решение должно быть теоретически осмыслено философией. «Все мистерии, которые уводят теорию в мистицизм, находят свое рациональное разрешение в человеческой практике и в понимании этой практики».

В структуре практики первостепенное значение имеет труд и его общественная форма – материальное производство. Материальное производство есть исторически развивающееся единство человека и при- роды, человека и человека, единство, определяющее всю многогранность человеческой жизни. Маркс утверждает, что объективная необходимость производства обусловлена не просто тем, что людям надо есть, пить, одеваться, иметь жилище и так далее. Производство, с точки зрения Маркса, есть основа развития всех сторон жизни людей. «Поэтому, с одной стороны, по мере того как предметная действительность повсюду в обществе становится для человека действительностью человеческих сущностных сил, человеческой действительностью и, следовательно, действительностью его собственных сущностных сил, все предметы становятся для него опредмечиванием самого себя, утверждением и осуществлением его индивидуальности, его предметами, а это значит, что предмет становится им самим». Даже чувственная жизнь человека, столь непосредственно связанная с природой, развертывается благодаря прогрессу производства.

Практике в теории Маркса придается столь важный смысл, что она становится значимее «объективной материи». Об этом красноречиво говорит тот факт, что именно практика в марксизме выступает критерием истины. Практика – это причина, конечная цель и критерий познавательной деятельности.

Однако для марксизма значима практика не отдельного человека, а общественно-историческая практика, которая складывается из совокупности конкретных видов практики. Практика есть процесс жизнедеятельности людей в определенных объективных условиях, ведущей к изменению этих условий и самой человеческой деятельности. Поэтому идея материализма в марксизме доводится до материалистического понимания истории. Идею материалистического понимания истории Маркс концентрированно изложил в работе «К критике политической экономии (предисловие)». «Общий результат, к которому я пришел и который послужил затем руководящей нитью в моих дальнейших исследованиях, – писал он, – может быть кратко сформулирован следующим образом. В общественном производстве своей жизни люди вступают в определенные, необходимые, от их воли не зависящие отношения – производственные отношения, которые соответствуют определенной ступени развития их производительных сил. Совокупность этих производственных отношений составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается юридическая и политическая надстройка и которому соответствуют определенные формы общественного сознания и поведения. Способ производства материальной жизни обусловливает социальный, политический и духовный процессы жизни вообще. Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание». Этими словами Маркс подчеркивает материалистическую составляющую своего метода – характер общественных отношений следует изучать по объективным реалиям – состоянию производительных сил, научного и технического знания, а не по интерпретации способа мышления, не по-тому, что люди думают сами о себе, исходя из разного рода политических, идеологических или религиозных представлений. Маркс исходит из экономического детерминизма, то есть выводит тенденции возникновения определенных социальных структур, политического и духовного процессов всецело из тенденции экономического развития.

Однако понятие практики не исчерпывается понятием производства: практика так же многообразна, как и познание. В понятие практики входят также общественно-историческая и революционная виды практики, преобразующие социальные отношения. Прежде всего она выражается в классовой борьбе и революции, которым Маркс уделяет особое внимание. Практическое преобразование мира становится непосредственной задачей и самой философии: «Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его», – говорит Маркс.

Третьей философской идеей марксизма выступает рационализм – абсолютизация теоретического логического подхода. Как правило, эту идею марксизма игнорируют, когда раскрывают содержание марксизма. Но без нее представления о марксизме будут неполными и неадекватными. Рационализм играет в марксизме одну из ключевых ролей, ибо именно он формирует соответствующий подход к рассматриваемым проблемам. Учение марксизма построено по принципам рационализма, а все выводы сделаны сугубо логическим путем.Философская биография Маркса начинается с кружка младогегельянцев – последователей Гегеля. В последующем Маркс отходит от Гегеля и даже критикует его за идеализм. Маркс говорит, что у Гегеля диалектика стоит на голове, сам же он ставит ее на ноги, имея в виду гегелевский идеализм и собственный материализм. Действительно, от идеализма Гегеля Маркс отошел. Однако он сохранил верность рационализму Гегеля. Рационализм Гегеля получил свое выражение в принципе тождества мышления и бытия, который содержался в известных словах Гегеля: «все действительное разумно, и все разумное действительно». Маркс, как и Гегель, исходит из установки, что мир и явления в нем разумны, а следовательно, могут быть постигнуты разумом. Кроме того, согласно Гегелю, логика – сущность всего. Так же считает Маркс. Единственная разница между ними заключается в том, что Гегель придерживается идеалистического рационализма, а Маркс – рационализма материалистического. Иначе выражаясь, Гегель рационализирует идею, а Маркс – материальную жизнь. Учение Гегеля – это теория идеи, а учение Маркса – теория материальной жизни.

Четвертой идеей марксизма является социализм, а точнее, социоцентризм – абсолютизация социальной жизни. В идее социоцентризма объединяются и синтезируются все три предыдущие идеи. Социоцентризм предполагает атеизм. Бога нет, его место в марксизме занимает общество. У Гегеля логика – сущность всего, в марксизме же сущность всего, и прежде всего человека, заключена в обществе. Атеизм, с которого начинается философия марксизма, на место Бога ставит человека, идея социоцентризма дополняет: не отдельный человек, а человек общественный. Общество и есть общественный человек.

Кроме того, социоцентризм предполагает материализм и рационализм, поскольку абсолютизация общественной жизни невозможна без соответствующего отношения к материальным ценностям и усмотрения рациональной основы и организации общественной жизни.

Общество – это сущность всего, и прежде всего самого человека. Сущность человека несводима к его индивидуальным чертам, то есть лишь к тому, что отличает его от других людей, поскольку человек есть прежде всего социальное существо. Индивидуальное есть специфический способ бытия общественно- го. «Сущность человека, – говорит Маркс, – не есть абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей действительности она есть совокупность всех общественных отношений». Сущность человека, то есть совокупность общественных отношений, создается самим человечеством в ходе всемирной истории. В. И. Ленин, раскрывая принципы материалистического понимания истории, отмечал, что Маркс свел индивидуальное к социальному, в последнее – общественные отношения людей – к первоначальным, определяющим производственным отношениям.

Все формы деятельности человека носят общественный характер. Даже и тогда, пишет Маркс, «когда я занимаюсь научной и тому подобное деятельностью, – деятельностью, которую я только в редких случаях могу осуществлять в непосредственном общении с другими, – даже и тогда я занят общественной деятельностью, потому что я действую как человек. Мне не только дан, в качестве общественного продукта, материал для моей деятельности – даже и сам язык, на котором работает мыслитель, – но и мое собственное бытие есть общественная деятельность; а потому и то, что я делаю из моей особы, я делаю из себя для общества, сознавая себя как общественное существо». Не следует поэтому противопоставлять общество как абстракцию индивиду, который сам есть общественное существо. Индивидуальное отличается от общественного как особенное проявление родовой жизни, а последняя есть всеобщая индивидуальная жизнь.

Маркс говорит, что органы чувств человека, как проявления специфически человеческого отношения к предметам, также выражают его общественную природу: «Каждое из его человеческих отношений к миру – зрение, слух, обоняние, вкус, осязание, мышление, созерцание, ощущение, хотение, деятельность, любовь, – словом, все органы его индивидуальности, равно как и те органы, которые непосредственно, по своей форме, существуют как общественные органы, – являются в своем предметном отношении, или в своем отношении к предмету , присвоением последнего, присвоением человеческой действительности» . Следовательно, присвоение человеком человеческой деятельности не сводится к присвоению одних лишь предметов труда, оно представляет собой исторически развивающееся богатство социальных связей, отношений, которое получает всестороннее развитие благодаря переходу от капитализма к коммунизму.

Труд, материальное производство – родовая жизнь человека. Но производство невозможно как деятельность изолированно взятого индивида, в своей сущности это общественный процесс. Это специфическое отличие человека от животного не дано от природы, оно возникает и развивается в процессе производства на протяжении всей человеческой истории. Человек «не только природное существо, он есть человеческое природное существо, то есть существующее для самого себя существо и потому родовое существо». Этим определяется общественная природа человека.

Итак, труд есть сущность человека, то, благодаря чему он есть человек, общественное существо, способное к многообразной деятельности, к беспредельному прогрессу. Идеалом свободного человека Маркса был именно общественный человек. Отдельный индивид, согласно Марксу, абстрактен, а конкретно только общество. И общество есть подлинная сущность человека. Всякий индивид настолько человек, насколько он человек общественный. Акцент делается прежде всего на общественное бытие человека. Индивидуальность сама по себе не значима. Значима только социальность, ибо она суть человека. Вне социума человека нет, потому можно говорить только о человеке социальном. Человек, развивающий свою индивидуальность, выходящую за пределы социума идет по ложному пути, ибо подменяет свою же сущность.

Человек живет в обществе и вне общества бытие человека невозможно. Поэтому, по логике рас- суждений Маркса, сущностью человека является общество. Человек есть продукт обстоятельств. В какие обстоятельства он попадает, таким он и будет. Каковы обстоятельства, таков и человек. А обстоятельства- ми выступают социальные условия жизни человека. Следовательно, общество, есть сущность человека.

Как утверждается в марксизме, человек как социальное существо не может жить в обществе и быть свободным от него. Мера свободы человека здесь определяется мерой общественного бытия, мерой свободы самого общества. Освободиться от общества означало бы освободиться от своей сущности. Поэтому свобода – только в обществе через него и в нем самом. Но доселе существующие общества не могут обеспечить свободу, они не являются свободными. Свободу может дать только коммунистическое общество. На него направлена вся всемирная история общества. Это самоцель исторического развития человека. Нужно познать этот естественноисторический ход развития общества и сознательно реализовать его в практике общественной жизни. Коммунизм, коммунистическое общество есть необходимость, неизбежность истории. И поскольку оно есть общество свободы и воплощение свободы, то каждый практический шаг по его приближению есть шаг на пути к свободе. И каждый человек в той мере свободен, и как он осознает свою причастность к обществу и к его естественному ходу развития.

На основе социоцентризма решается и проблема конца истории в марксизме. Проблема конца истории поднимается в основном лишь в учениях религиозного толка. Но несмотря на это, марксизм включает в поле своего анализа эту проблему. Объясняется это тем, что марксизм ставит перед собой задачу осмыслить исторический процесс в его единстве и целостности и пытается решить в своих рамках глобальные проблемы истории. Хотя марксизм и носит атеистический характер, тем не менее он отличается от других сугубо материалистических учений прежде всего своими религиозными особенностями, своим религиозным типом построения. Марксизм, по сути дела, это не просто материалистическое учение, а материалистическая религия. Это – религия без Бога. Потому он сохраняет в своих рамках религиозную проблематику.

Вся история в марксизме делится на две части: на предысторию и историю. Причем то, что обычно называют историей, согласно учению Маркса является предысторией. Предыстория – это история человечества до возникновения коммунистического общества. Это еще история, недостойная сущности человека. Потому это как бы неподлинная история, лишь предпосылка истории. Она неизбежно должна кончиться. Ее конец будет означать начало подлинной истории человечества. Подлинная история человечества – это история коммунистического общества. Чем отличается докоммунистическая предыстория от коммунистической истории? Их принципиальные отличия связаны с уровнем материального благосостояния членов общества, которые, в свою очередь, зависят от соответствующего экономического строя. Коммунизм есть общество с высоким уровнем развития производительных сил и общество подлинной коллективности, где нет не только антагонистических противоречий между классами, но и самих классов, и потому это общество с высоким уровнем благосостояния его членов. Общественному характеру производства в нем соответствует общественный характер присвоения и в силу отсутствия социальных антагонизмов блага в нем польются полным потоком, и будет возможно удовлетворение всех потребностей граждан. На основе удовлетворения материальных потребностей будет возможно и всеобщее духовное развитие членов коммунистического общества. Человек в нем станет всесторонне развитой и гармонической личностью. Коммунизм – это общество свободы. Это царство свободы, в противоположность царству необходимости предыстории.

Царство же необходимости, предыстория характеризуется, во-первых, низким уровнем развития производительных сил, во-вторых, социальными антогонизмами благодаря которым его общества – это общества мнимой коллективности, в-третьих, тем, что общественному характеру производства соответствует частный характер присвоения, в-четвертых, недостаточным уровнем удовлетворения потребностей, в-пятых, тем, что человек в результате этих условий выступает не как человек, а как работник, всего лишь, как частичный человек. Общества предыстории – это общества отчуждения, в них человек отчужден от труда, результатов труда, природы и от самого себя. История, коммунизм – это общество, в котором исчезают как сам феномен отчуждения, так и возможные его предпосылки.

Однако предыстория и история, царство необходимости и царство свободы в марксизме имеют не только отличия, но и, что весьма знаменательно, общие черты. Именно их сходство является отличи- тельной освоенности марксизма. Их отличиями в принципиальном плане могли бы согласиться и представители религиозных учений. Но категорически неприемлемыми являются для них те общие моменты, которые допускаются в учении Маркса. Каковы они? Общность предыстории и истории состоит в том, что и то, что называется предысторией, и то, что называется историей, в марксизме рассматриваются в человеческом земном плане. Человек истории, по сути дела, ничем не отличается от человека предыстории, разве что тем, что он оказывается в других социальных условиях. И предыстория, и история одинаково социальны, то есть существуют в общественных формах.

Человечество остается в пределах своего природного и социального бытия. И вопрос о богочеловечестве вообще не поднимается. И дело здесь не в названиях, а прежде всего в самом содержании. Игнорируя духовный мир в религиозном смысле, игнорируя Бога, игнорируя богочеловеческую сущность человека, тем самым и само бытие человека и возможность трансформации его качественного содержания рассматривается весьма ограничено. Человек был, есть и всегда будет продуктом обстоятельств. Вне общества и социальных условий у него сущности быть не может. А следовательно, человек всегда был и будет социальным существом и всегда будет жить в обществе. Отсюда и представления о коммунизме, о подлинной истории человечества как особом, но все же общественном устройстве. Предыстория и история являются качественными состояниями не человечества, связанными с концом исторического процесса, а всего лишь качественными состояниями самого общества и его истории. Не исторический процесс должен обрести свой конец, а только предыстория. Само же общество и его история, согласно марксизму, неразрывны от человека и предполагается, что вечны.

Наконец, пятой философской идеей марксизма является хилиазм. Приверженцы марксизма эту идею игнорируют, ибо эта идея имеет сугубо религиозное происхождение. Она возникает в рамках древнего иудаизма, а затем проникает в другие религии и вообще за пределы религиозной культуры. Хилиазм проникает и в марксизм. Как говорит Н. Бердяев, не случайно Маркс по национальности был евреем.

Согласно хилиазму, перед концом света Бог воплотится на земле и установит свое царство, которое будет существовать тысячу лет. По этой причине идея хилиазма еще называется милленаризмом (от слова «миллениум» – тысячелетие). И только после этого наступит конец света. Принципиальным моментом в этой идее является признание возможности построения царства Божьего, то есть рая на земле. В христианстве эта возможность отрицается, поэтому хилиазм признан ересью.

Марксизм же, напротив, строится на хилиазме, о чем говорил в частности С. Н. Булгаков. Ведь коммунизм есть не что иное, как именно рай, царство Божье на земле. Если отбросить чисто материалистические примитивные характеристики коммунизма (такие, к примеру, как то, что коммунизм – это общество, где блага польются полным потоком), описание коммунизма совпадает с описанием рая (к примеру, то, что при коммунизме свободное развитие каждого является условием свободного развития всех – утверждение, полностью опровергающее идею социоцентризма, которая, как было уже отмечено, является ключевой в марксизме, поскольку общество – это ограниченное бытие людей, где, напротив, там, где начинается свобода одного, заканчивается свобода другого).

Итак, коммунизм – это рай, царство Божье на земле. Но, согласно первой идее марксизма, Бога нет. Как же совмещаются атеизм и хилеазм в марксизме? Очень просто. Царство Божье, согласно марксизму, на земле возможно, но без Бога. Коммунизм, этот рай на земле, может построить сам человек. Ведь человек в марксизме и есть Бог на земле. Марксизм отрицает существование Бога на небе, но он утверждает Бога на земле. Человек – земной Бог, и он строит свое земное царство Божье.

Таковы философские идеи классического марксизма. Однако существует колоссальная разница между марксизмом классическим и тем как он воплотился в России.

Дело в том, что Россия, приняв марксизм и социалистические идеи, восприняла марксизм за учение об Истине, за учение Божье, за учение о царстве грядущего. Потому-то сам марксизм приобрел в России характер новой религии. Марксизм – типично западное учение, с характерным для европейской куль- туры материализмом и рационализмом. Недаром значительная часть западников говорила именно о социалистическом преобразовании России. В основе марксизма, с одной стороны, лежит материализм, утверждающий приоритет материальной жизни над духовной, а с другой – рационализм, построенный на приоритете логики над диалектикой жизни и сведении всего многообразия жизни к одной логической линии. Более того, как говорит Бердяев, в основе марксизма лежал еврейский хилиазм, то есть идея о возможности построения царства Божьего на земле и сведение всей духовной жизни к земной основе. Недаром и сам Маркс по национальности был евреем. Точно так же, как древние евреи свели религию к земной жизни, в чем проявился первоначально и сам феномен хилиазма, марксизм свел всю духовную жизнь к социальной жизни человека. Но если евреи религиозное учение свели к земной жизни в своем хилиазме, то русские марксизм, в основе которого лежал еврейский хилиазм, возвысили и восприняли как религию, как учение духовное, как учение об искании Бога. Русских в марксизме привлекла, прежде всего, духовная сторона, они увидели в нем учение о затонувшем граде Китеже, учение о построении земного царства на основе духовности, духовного царства. Они восприняли его как весть о воплощении царства Духа в царстве Кесаря. В России марксизм был воспринят не только и не столько как теория революции и социальных преобразований, а сколько и прежде всего как религия, как вероучение, возвестившее приближение царства грядущего, мечта о котором уже давно жила в душе народа. В душе народа жило именно религиозное ожидание царства грядущего, иное устройство жизни, а не дух революций и общественного коллективизма, поглощающего все самобытное и индивидуальное. Фундаментом ожиданий русской души было не общество, а Бог 13. Но Христа русский человек еще не открыл в себе. Обманувшись, он за Христа принял Маркса. Он впал в глубокую иллюзию и установил уродливые общественные отношения, от которых в социальном плане пострадал не только он сам.

Индивидуализм, который проповедует Запад и который является фундаментом западного общества, был всегда чужд России. Россия существовала всегда на иных принципах, на принципах, противоположных индивидуализму. Это и не коллективизм, ибо в его основе лежит все тот же индивидуализм: коллективизм есть один общий индивидуализм, не допускающий другие виды индивидуализма, и представляет собой форму существования общего эгоизма. Коллективизм есть такое же порождение западного образа жизни, как и индивидуализм. Русская жизнь строилась всегда на соборности в духовном плане и на общине – в земном. Соборность в отличие от коллективизма предполагает не только общее, но и отдельное и особенное, не только всех, но и каждого. Соборности чужд как коллективизм, так и индивидуализм, представляющие выпячивание одной стороны жизни в обществе. В России соборность была господствующей в духовной жизни, ибо мысль о том, что спастись люди могут только вместе, и в одиночку к спасению пути нет, была не просто в душе и сознании, а в крови русского человека. Отсюда же следует и феномен общины в земном устройстве, согласно которой все должно было делаться всем миром, где и радость, и горе делилось всеми.

Мы привыкли к критике абсолютизации общины народовольцами и сторонниками общинного социализма вслед за марксистами, так и не вникнув в ее действительную суть. В нашем представлении община выступает как некое примитивно-патриархальное образование. Сама же она – более глубокое явление в русской культуре. Община не была построена на насилии или на формальном принципе коллективизма, она строилась на действительном единении душ. Как говорил К. Аксаков, «личность в русской общине не подавлена, но только лишена своего буйства, исключительности, эгоизма… личность поглощена в общине только своей эгоистической стороной, но свободна в ней, как в хоре». Поэтому индивидуализм для себя почву в России не мог никак найти. Индивидуализм расцветает на базе узости души. У русского же человека душа слишком широка, чтобы нарядиться в узкие одежды индивидуализма. «В общине факт естественного родства сменяется со временем в необходимость нравственного, человеческого родства вообще». Есть глубинная мистическая связь между соборностью, общиной и широтой души русского народа. Не учитывая ее, нельзя понять ни психологию русского народа, ни историю России вообще. На почву России могла лечь только та ложная идея, которая хоть как-то отражала эту связь. И этой идеей, воплотившейся затем в жизни советской России, стал коллективизм. Коллективизм был извращением соборности и общины и, по сути, был чужд русской природе. Коллективизм выхолащивает сам дух общинности и соборности, оставляя лишь их форму. Но поскольку все же он по форме соответствовал соборности и общине, то именно ему удалось утвердиться в России.

Однако, говоря о социализме и коммунизме, обычно выделяют только их отрицательные черты. Они, безусловно, значительны. Но социалистический тоталитарный режим далеко не однозначен. В нем есть и другие стороны.

Западные демократии построены на порабощении человеческих душ, на скрытом насилии над чело- веком. Западное общество заставляет человека отдавать и приносить ему в жертву свою душу. Без этого оно просто не может существовать. Все его внешние свободы основаны на внутреннем насилии. Тоталитарный социализм в отличие от «свободных» обществ не порабощает человеческую душу, его насилие открытое, не скрытое и очевидное. Социализм, наоборот, строится на романтике души, он сам вытесняет душу человека из сферы материальной и социальной жизни в сферы значительно возвышенные, в более духовные, пребывая в которых она может обрести романтизм. Социализм не позволяет человеческой душе опуститься на землю, ибо для него это означает смерть. Именно поэтому в годы социализма было создано немало гениальных творений культуры.

Метод социалистического искусства с легкой руки М. Горького и Ленина был назван социалистическим реализмом. Но как раз реализма-то в культуре социализма было менее всего. В ней преобладал и был ее основополагающим принципом романтизм. Поэтому, называя все своим именем, можно было характеризовать социалистическое искусство и в целом культуру социализма не как социалистический реализм, а как социалистический романтизм. Опустись социалистическая культура на уровень реализма, она бы утратила свой социалистический смысл. Социалистический реализм, как ни странно, утверждается на закате социализма и в постсоциалистическое время, когда искусство пытается обнажить все реальные и, прежде всего, негативные стороны социалистической действительности. Именно в это время искусство опускается с уровня поэзии жизни, с возвышенных сфер на уровень прозы бытия и земных дел.

Однако социализм злоупотребляет романтикой души, которую он развивает. Он использует романтизм в своих целях и подчиняет его себе. Если западное общество подчиняет себе души людей непосредственно, то социализм подчиняет романтизм души. Но сама душа предоставляется романтизму. А это служит ее развитию и возвышению, а не деградации и разрушению, как это имеет место быть на Западе. Социализм не разрушает души людей. Запад же – разрушает и убивает. Социализм был построен на высоких и благородных принципах души и сознания, на идеологии гуманизма, справедливости, честности и так далее. Идея нравственности в сознании людей имела несомненный приоритет над выгодой и эгоизмом. Даже основной моральный кодекс социалистического режима – «Моральный кодекс строителя коммунизма» – связывался с нравственностью. А сами его основные нравственные заповеди мало чем отличались от религиозных. Невольно он напоминал кодекс чести. Запад же строится на идеологии выгоды, наживы, эгоизма, прагматизма, утилитаризма. Если бы западному обществу пришлось писать свой кодекс, то это наверняка был бы «Аморальный кодекс». Это был бы кодекс выгоды и наживы, а не чести.

Душа человека на Западе устремлена к земле, при социализме к небу. Социалистический тоталитарный строй негативен прежде всего в социальном плане, в смысле только общественного устройства. Но он отнюдь не является негативным в психологическом смысле, с точки зрения жизни души. Конечно, сказанное имеет смысл относительно западного общества. Запад формирует мелочность души. Социализм душу расширяет, возвеличивает. Социализм угнетает и убивает тела людей, но душа при этом возвышается. Запад же предоставляет некоторую свободу телу, но убивает душу. Именно поэтому многие советские люди, уехавшие на Запад, так и не могли там прижиться.

То противостояние, которое имело место между Западом и социалистическими странами, определялось отнюдь не только противостоянием в политических и военных вопросах. Страны социализма противостояли Западу, прежде всего, в духовном плане. Запад устремился в материальный мир, оторвавшись от духовного, и там нашел себя. Страны же социализма не пошли за ним. Социалистический строй в этих странах удерживал их от влияния Запада и тем самым спасал в духовном плане их граждан. Социалистическо-коммунистические режимы в этих странах не были адекватными их собственной сущности, в них преобладали идеологические и политические мотивы. Они представляли собой тоталитарные режимы, и это есть, безусловно, негативный показатель. Но именно это, пусть трудной и жестокой ценой, спасало эти страны. Если абстрагироваться от социального и земного плана, то их сутью в духовном плане было противопоставление этих стран западному образу жизни. Россия в начале XX века находилась перед выбором: либо пойти по пути западных демократий, либо же по пути социализма. Монархия еще до свержения само- державного строя уже сошла с арены ее истории. Пойдя по западному пути Россия потеряла бы себя. Следуя же по социалистическому пути, Россия ущемляла себя в социальном плане, но спасала в духовном. Иллюзии более всего удаются и утверждаются на Западе и при западном образе жизни. Социалистическо-коммунистические режимы слишком легко разоблачают себя и иллюзии, лежащие в их основе, и тем самым как бы вынуждают человека искать себя, свою суть в самом себе, а не во внешних условиях и факторах жизни. Тоталитарный социалистический режим душил социальную жизнь человека, но не позволял себе осквернять души людей. Он сохранял души людей чистыми и непорочными.

Интересно, как духовную сторону социалистического переустройства усмотрели и выделили в России крупнейшие представители русской культуры. В частности, у А. Блока идея о восприятии коммунизма как царства Божия, как царства Слова и Истины нашла свое выражение в поэме «Двенадцать», которая заканчивается словами: «В белом венчике из роз/Впереди Иисус Христос». И действительно в России социализм держался, прежде всего, за счет того, что был наполнен духовным содержанием. Но как только он лишился этого духовного содержания, он прекратил свое существование.

Используя терминологию Н. Бердяева, можно сказать, что социализм есть «новое средневековье», подчинившее социальную жизнь духовному началу. Как и само Средневековье, русский социализм в качестве Нового Средневековья представлял собой жесткую систему. Советское социалистическое общество – это монастырь в масштабах всей страны. Монастырь предполагает обеспечение необходимым минимумом материальную жизнь, практически отсутствие социальной и политической жизни и полный простор для духовного развития. Это и характеризовало советское общество с той только разницей, что речь идет не о формальной, а о действительной стороне дела. В частности, социализм культивировал духовность не показную, не обрядово-ритуальную, а содержательную.

Советский социализм был диктатурой, но в определенном смысле диктатурой совести. И диктатура, с одной стороны, и духовность – с другой, обеспечивали жизнеспособность и устойчивость социалистической системы. Они же охраняли ее и делали непоколебимой. Тот, кто посягал на ее существование, сам неминуемо терпел поражение. В этом коренится и одна из причин победы советского народа в Великой Отечественной войне.

После падения социалистической системы в России западные страны перестали противопоставлять себя ей и поддержали общественное устройство России, хотя уровень социальных свобод в ней был далек от собственно западных, а по жестокости политический строй порой не уступает социалистически- советскому. Постсоветские социальные свободы существуют только на поверхности, оставаясь по сути несвободой, насаждаемой государством. Но Запад интересует не сам режим или социальное устройство, а близость духовных принципов. Запад поддержал постсоветскую Россию, ибо постсоциалистический политический режим, несмотря на очевидную порочность, построен на западной, а не восточнорусской духовной основе. Постсоветскую Россию сроднила с Западом не демократия, а духовные основы. Каким бы ни был в России политический режим в начале постсоветской эпохи, он стал режимом, родным для Запада и чуждым духовным традициям России.

 

 

 

 

Комментарии:

10 Комментарии

  1. vk_id189478098

    В статье говорится про основные идеи марксизма, а также об особенностях существования социализма в нашей стране. По мнению автора, философия марксизма предполагает несколько главных понятий, являющимися основами марксизма. Это понятия материализма, социализма, рационализма, атеизма и хилиазма. Рассматривая общественный строй в Россииа, Меликов И.М. сделал вывод о том, что советский народ держится на убеждениях веры и духовности, не возможных в марксизме. Исходя из суждения автора, русский человек всегда руководствовался религиозными убеждениями, представлял райское общество. Имея такой взгляд на мир, русский человек принимает Маркса вместо бога, так как он заменил религию. А значит марксизм стал верой, а коммунизм-идеальным будущим. Принцип общности, отраженный в марксизме, социум заменил на единство, которое было ему ближе по мировосприятию.

  2. vk_id189478098

    В статье говорится про основные идеи марксизма, а также об особенностях существования социализма в нашей стране. По мнению автора, философия марксизма предполагает несколько главных понятий, являющимися основами марксизма. Это понятия материализма, социализма, рационализма, атеизма и хилиазма. Рассматривая общественный строй в Россииа, Меликов И.М. сделал вывод о том, что советский народ держится на убеждениях веры и духовности, не возможных в марксизме. Исходя из суждения автора, русский человек всегда руководствовался религиозными убеждениями, представлял райское общество. Имея такой взгляд на мир, русский человек принимает Маркса вместо бога, так как он заменил религию. А значит марксизм стал верой, а коммунизм-идеальным будущим. Принцип общности, отраженный в марксизме, социум заменил на единство, которое было ему ближе по мировосприятию. Анна Коновалова.

  3. vk_id6149935

    Статья, которая заставляет задуматься, а почему же, действительно советскому народу так прижилась философская идея марксизма. Стоит начать с того, что в России на стыке веков апогея достиг конфликт между цивилизованным и прогрессивным сознанием и варварской консервативной действительностью. Социальная несправедливость, царствующая в Российской Империи, остатки крепостного права, смешанные с имперскими амбициями четы Романовых, создавали поистине угнетающую картину. Развитие идеи философии марксизма выпало на то время, когда в стране начинался кризис во всех сферах жизни, необходимо было сменить уклад «на корню», нужно было что то новое, своего рода «глоток свежего воздуха». Как раз таки марксизм, социально-политический строй государства отвечали этим критериям.
    Также в стране уже заранее была подготовлена почва для философии марксизма ,так как до этого уже был опыт существование социалистических теорий в лице народников и декабристов. Рабочим импонировало то, что они – движущая сила согласно теории марксизма. Зарождающееся в России среднее сословие принимало данную философию как своего рода идеологическую опору в борьбе против феодализма и самодержавия. Диктатура пролетариата определялась как завоевание пролетариатом политической власти. Народом двигала идея справедливого распределения благ, разрушение старого ненавистного мира. Поэтому имеет место быть мнения о том, что марксизма прижилась в СССР благодаря ментальности народа, склонного к утопиям.
    Что касается сегодняшнего времени, то философия идей марксизма актуальна и по сей день, ведь споры о ее будущем не утихают. Видимо, правы те, кто считает, что в марксизме наряду с устаревшими положениями сохраняют свою актуальность многие идеи, обращенные к будущему: о социальной справедливости; о необходимости преодоления отчуждения человека; коллективной солидарности; ведущей роли отношений собственности, экономической сферы для всей жизни общества.

  4. vk_id381677828

    Автор, пишем о том, что «марксизм — уникальное явление в истории европейской культуры, поскольку его нельзя отнести полностью ни к философии, ни к экономической теории, ни к социологии, ни к политологии и так далее». Марксизм занимает гораздо большее местоположение в социологических и экономических направлениях общества, нежели к философии. Советский социализм был диктатурой, но в определенном смысле диктатурой, диктатурой в историю он и вошел. И диктатура, с одной стороны, и духовность – с другой, обеспечивали жизнеспособность и устойчивость социалистической системы. Они же охраняли ее и делали непоколебимой. Тот, кто посягал на ее существование, сам неминуемо терпел поражение. В этом коренится и одна из причин победы советского народа в Великой Отечественной войне. Связи прямой не поймешь между ВОВ и охраной социалистической системы. В то время социалистической система уже рушилась.

  5. vk_id55692743

    В статье описаны основные идеи марксизма, о существование и влияние социализма на Россию. Исходя из слов автора, основными идеями марксизма являлись: первая идея — отсутствие веры в Бога (человек и есть сам Бог); вторая идея — абсолютизации материи («человек познает мир, потому что изменяет его», «чувственное восприятие внешнего мира является необходимым элементом практической деятельности»); третья идея — абсолютизация теоретического логического подхода (мир и явления в нем разумны, а значит, могут быть достигнуты разумом); четвертая идея — объединяет в себе первые три (Бога нет, его место занимает общество, сущность всего заключена в обществе, общество и есть общественный человек. Маркс свёл индивидуальное к социальному: «Значима только социальность — она суть человека. Вне социума человека нет.»); пятой идеей является хилиазм (признание возможности построения царства Божьего, т.е. рая на земле). В марксизме коммунизм считался раем на земле, но как это возможно, если он (марксизм) отрицает существование Бога? Всё просто: коммунизм может построить сам человек, потому что человек в марксизме и есть Бог на земле. Марксизм свёл всю духовную жизнь к социальной жизни человека.
    Россия, приняв марксизм и социалистические идеи, восприняла марксизм за учение об Истине, за учение Божье. Индивидуализм, который проповедует Запад и который является фундаментом западного общества, был всегда чужд России. Социализм пропагандировал развитие и возвышение души, но угнетал и убивал тела людей, запад же убивал и разрушал души.
    Советский социализм был властью с одной стороны и духовностью с другой — именно это охраняло и делало непоколебимой социалистическую систему. В этом коренится одна из причин победы советского народа в Великой Отечественной войне.
    Социализм в России держался за счёт того, что был наполнен духовным содержанием и как только он лишился духовного содержания, то прекратил своё существование.
    Я считаю очень логичным построение данных идей. Мне очень понравилось то, как марксизм смог соединить две идеи о том, что Бога нет — это и есть человек, но при этом царство Божье на земле возможно через коммунизм. Однако я не могу согласиться с тем, что человек, развивающий индивидуальность идёт по ложному пути. Да, безусловно, социум важен для каждого, но я не считаю, что это как-то должно влиять на развитие индивидуальности человека, иначе он не личность. Мне также понравилась идея принятия марксизма Россией с целью развития и возвышения души. Благодаря социализму она была наполнена духовным содержанием.

    1. vk_id380769814

      Автор пишет про идеи марксизма, а также об особенностях существования социализма в стране . Эпоха, начавшаяся после Реформации, разделила значительную часть развитого мира на две части: индивидуумов со «своим богом в голове» и приверженцев сохранения «христианских ценностей». Марксизм и ленинизм, как бы они к церкви не относились, — есть продолжатели «христианских ценностей» с критическим отношением к ростовщичеству без «частного присвоения», что примиряет преимущества развития прогресса с христианскими ценностями. Я бы сказала , что всё дело в идеологии, в целеустроении общественного человеческого сознания. Если цели человека ограничены только материальными потребностями, то какая религия бы не господствовала — это всё рабство. Марксизм как экономическое мировоззрение более чем правомерен и те, кто опирается на его постулаты, наиболее успешны и ведут себя соответственно социальным ожиданиям общества . Почему нельзя на практике реализовать принципы Маркса, если иметь в виду не тот идеальный тип, а идею сильного социального государства, в котором общественный интерес преобладает над частным? Может быть, это кому-то и не понравится, но, если держатся фактов, то эта задача уже была решена в нашей стране, а вопрос о жизнеспособности этой системы представляет отдельный вопрос. Считаю что Маркс до конца не проанализирован, а Россия всегда была и есть самобытная цивилизация, с ее духовными ценностями.

  6. vk_id29809890

    Основная мысль которая приведена в данной статье это — осмысление основополагающих философских идей марксизма и особенности общественно-политического бытия социализма в России. На мой взгляд автор очень точно перенес основную мысль марксизма, развитие индивидуальности человека. При всем при этом, принимать только одну точку зрения невозможно. Нет религии без Бога, так же, как нет личности без развития.
    Если обратиться к каждой точки зрения и взять для примера послереволюционный период, отсутствие морали, которая дает нам религия побудило общество к развитию и единству внутри партии. Но как это не парадоксально, долго личность без религии прожить не смогла и в конце 80-х опять вернулась к Богу.
    Безусловно, развитие личности имеет место быть и понимая правильно учение религии, одно не может мешать другому.
    Мне близко учение марксизма только в том, что оно побуждает тебя действовать, а не ждать чего-то, что может дать тебе Бог.

  7. vk_id218984674

    дать точное определение философии — занятие древнее и трудное. Оно вечное, как и желание познавать мир и себя. Пожалуй интересное определение есть у Рене Генона: философия- это любовь к мудрости. Всего лишь любовь, а не сама мудрость. Очень схожее определение у профессора Меликова в этой статье, трактующего философию как поиск смысла. Логичные переходы, точные и краткие определения, взвешенное неторопливое суждение, лаконичность, делают суть статьи доступной для понимания обывателя, не сталкивающегося в обыденной каждодневной жизни с умозаключениями , не связанными с практичным и материальным. Сентенции о позитивном смысле очень понравились. Можно, конечно, и поспорить, сказав, что не все все делают с позитивным настроем. Но мы же говорим не о частном, а об общем))) в этом и есть самый большой дар философа выделять и обобщать! Очень серьезный дар!

  8. vk_id218984674

    профессор Меликов в статье описывает три основные идеи марксизма и его влияния именно на Россию:
    Идея первая- атеизм, » человека сам Бог себе»
    Идея вторая- об абсолютной материи( абсолютизация материи) — » человек познаёт мир, потому что изменяет его)
    Идея. Ретья- абсолютизация теоретического логического подхода» мир и явления в нем разумов, а значит, могут быть достигнуты разумом.

    Есть и ещё одна идея, она как бы обобщает все три предыдущих , и суть Ее такова: бога нет, его полностью заменяет общество, человек -часть общества, общественный человек, не могущий жить вне социума, самое главное это социум.
    Т. Е самое главное — это общественное.
    Построение коммунизма на земле очень напоминает построение царствия божьего на небе, и в этой аналогии, на мой взгляд, очень четко прослеживается чисто русское понимание марксизма, революций и прочих социальных потрясений.
    Профессор Меликов хорошо описывает именно эту взаимосвязь, я согласна с ним, что , возможно, это так и воспринималось в те далекие уже времена. У меня нет разногласий с профессором ни в какой части его статьи, верные суждения и трактовки марксизма. Сама тема вызывает у меня глубокое неприятие, т.к.последствия именно для России были страшные: » а взять все и поделить» ( М. Булгаков » собачье сердце»).очень не хочется повторения. Я хорошо понимаю и чувствую, как страшно было жить тогда. Прошу прощения, что уклонилась от темы, но это мой взгляд на марксизм и общественного человека)))

  9. vk_id188101185

    Предметом социальной философии является общество,взятое во взаимодействии всех его сторон, т.е. как целостная социальная система,а так же законы функционирования и развития общества.Это значит,что социальная философия рассматривает и объясняет на уровне общества как саморазвивающейся и самовоспроизводящейся социальной системы.Социальная философия рассматривает так же взаимодействие между собой различных обществ.В поле ее зрения находятся и те явления и процессы общественной жизни, которые характеризуют развитие всего человечества. В этом случае предметом соц.философии выступает исторический процесс в его целом, взаимодействие его объективных и субъективных сторон, закономерности его развития.

Оставить комментарий